Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Как правильно бороться c коммунистической идеологией. Инструкция для украинцев

Оригинал взят у varlamov.ru в Как правильно бороться c коммунистической идеологией. Инструкция для украинцев
На Украине тем временем активно борются с совком. Мэрия Киева оперативно отреагировала на принятие закона "Об осуждении коммунистического и национал-социалистического тоталитарных режимов". Из арки Киевсовета была снята плитка с серпом, молотом и красными звездами.



Как говорится, заставь дурака Богу молиться...

Украинцы не понимают, что коммунистическая идеология – не в гербах и звездах, она в широченных многополосных проспектах в центре города, которые невозможно перейти. Она в подземных переходах, которыми не могут пользоваться пожилые и инвалиды. Она в подземных торговых центрах, в парковке на тротуарах и наплевательском отношении к пешеходу в городе. Лучшее, что киевляне могли бы сделать для борьбы с ненавистным им советским прошлым – это сделать Крещатик пешеходным от Бессарабской площади до Майдана.

Подробнее о том, какой мог бы быть Крещатик, я уже писал в отдельном посте.


Киев мог бы стать намного лучше.


Украинец! Борись с совком правильно! В Европе нет подземных переходов в центре города.

Пост о наболевшем

Вчера пыталась пообщаться с членами сообщества "Евромайдан Харьков". В результате, меня направили в Белгород. Спасибо, что хоть не послали.
При том, что европейская мечта Майдана мне эмоционально ближе, чем славянские духовные скрепы, в сообществах майданоцев я часто оказываюсь в роли адвоката дьявола. Я пытаюсь говорить о юго-востоке.
В эту зиму на волне революционного подъема о нем говорилось много. Чувствовалась обида на этих неудобных, несговорчивых людей, которые не принимают участие в общем протесте, которые не поддерживают этот протест, которые вечно голосуют не за тех. Сейчас, когда Майдан победил (а так и есть, несмотря на локальные конфликты), эта обида не ушла, а, по-моему, только множится.
Что сказать? Смиритесь. Вам не повезло, вам досталась страна с неправильным населением. Я сейчас не о криминальных элементах, а об обычных гражданах, которые так же работают, так же платят налоги, и голоса на выборах у них точно такие же. Можно, правда, лишить права голоса всех несогласных — заодно погордимся свободой и демократией в стране. Считаете себя прогрессивными европейцами? Так признавайте право на свое мнение не только у тех, кто поддерживает полностью Майдан. Но и тех, кто частично поддерживает Майдан. Тех, кто поддерживает отдельные требования Майдана. Тех, кто вообще не поддерживает Майдан. Они имеют на это право, понимаете?
Любителям же посылать всех несогласных в Россию могу в свою очередь посоветовать найти себе страну, в которой все мыслят одинаково (Северная Корея подойдет?), и наслаждаться там единодушием. Почему вы должны уезжать из своей страны? А почему должен уезжать кто-то другой, такой же гражданин? Украина за годы независимости потеряла около 15% своего населения. Будем и дальше посылать друг друга — долго не протянем.

Бернхард Шлинк, "Чтец"


За пару-тройку дней прочитала "Чтеца" — небольшую книжку, около двухсот страниц крупным шрифтом. Раньше творчество автора проходило мимо меня; каждый раз испытываю некоторое замешательство, случайно попадая на книгу и узнавая, что это, оказывается, бестселлер.
Роман вышел в 1995 году, и посвящен он больной для немцев теме — фашизму. Главный герой, школьник, влюбляется в женщину намного старше. Жизнь разводит их в разные стороны, но им еще суждено встретиться. На судебном процессе, где он будет студентом-практикантом, а она — обвиняемой, бывшей надзирательницей в концлагере. Собственно, книга — рассуждение о коллективной вине, об ответственности целого поколения, об осуждении молодыми, пришедшими после. Действительно, легко осуждать безликую толпу в военной форме, намного сложнее — близких, знакомых и родных людей, которых любишь и которые любят тебя.
Лично для меня идея коллективной вины выглядит откровенно смешно. При взгляде на проблему с такого угла ответственность размывается, реальные действия заменяются трескучими фразами. Пример мы видим в книге: группа обвиняемых на процессе, разобраться, чья вина больше, а чья меньше, невозможно. Приговор, в итоге, не отражает реального положения вещей.
Когда мне было восемь или девять лет, и я увлекалась приключенческими романами о колонизации Америки, мне было стыдно, что я белая. Но не странно ли испытывать такие чувства во взрослом возрасте? Ответственность может быть только личной, и никак иначе. Но, если для немцы видят это так, кто я, чтобы их критиковать? Это их личное дело. Точнее, коллективное.